Враги прессы по-запорожски: без шансов, без вариантов

http://gomgal.lviv.ua/NewsFoto/svoboda.jpg

Оглашение конкурса на определение «Ворогів преси 2014–2015» стало хорошим поводом выяснить, кого считают врагом запорожские журналисты. Первоначально идея материала не выходила за рамки экспресс-опроса. Но страсти, разгоревшиеся вокруг него, побудили нас расширить тему и узнать также, что думают «обвиняемые» о своем кандидатстве на статус «врага». Безусловно, нельзя утверждать, что ответы журналистов — максимально объективны и взвешены. Нельзя этого сказать и о потенциальных «врагах», продемонстрировавших бурную реакцию на просьбы поделиться своими мыслями по поводу возможного нового статуса. В любом случае, пока материал готовился и зрел, с обеих сторон мы получили обвинения в цензуре, заангажированности, требования текст не публиковать, предупреждение, что на нас могут подать в суд, возмущение, что мы не имеем права, и так далее. Похоже, нам еще надо доращивать себя до уровня цивилизованного общения. Однако с теми, до кого удалось достучаться, диалог мы попытались наладить. И вот, что получилось.

Что сказали журналисты

Александр Недашковский, журналист информационного агентства «Українські новини»:

— Главный враг прессы — профильное журналистское образование. Потому что многие (не все, конечно) выпускники факультетов журналистики элементарно не могут написать нормальную новость — и это после четырех-пяти лет вуза.

Максим Щербина, журналист «Громадське ТВ. Запоріжжя»:

— Враг запорожской прессы — сами журналисты. Самоцензура сильнейшая!

Яков Носков, корреспондент «1+1»:

— Це керівництво ключових підрозділів мерії, але називати кількох — Свіркін, Гладченко тощо — не дуже доречно. Тому як уособлення — Олександр Сін.

Анна Аблицова, корреспондент интернет-издания Z-City:

— Врагами прессы в Запорожье я бы назвала ведомства правоохранительных органов — СБУ и МВД. Часто они дают журналистам недостоверную информацию. Результат — ложь в СМИ. Это недопустимо.

В своей работе я дважды сталкивалась с неправдивой информацией от пресс-служб правоохранительных органов. В феврале этого года, когда в Каменско-Днепровском районе начали проходить антимобилизационные митинги, в пресс-службе СБУ заявили, что одна из активных участниц акций не из Запорожской области. Большинство СМИ, естественно, поверили ведомству, а мы решили проверить. Девочка оказалась местной, более того, она студентка одного из запорожских университетов.

Второй случай: взрыв гранаты в одном из сел Розовского района. Узнав о нем от местных жителей, я сразу же позвонила в пресс-службу МВД, дабы уточнить и проверить информацию. Факт взрыва мне подтвердили, а вот в подробностях данные усказили. Неправильно указали возраст пострадавших и неправильно описали, как все произошло. Это я знаю наверняка, потому что связывалась с несколькими людьми, которые стали свидетелями происшествия.

Геннадий Матвиенко, журналист газеты «Прав.Да»:

— Считаю, что в Запорожье нет такого человека. Как по мне, главный враг нашей прессы — это лень.

Андрей Безрук, корреспондент газеты «МИГ»:

— Вважаю, що в Запоріжжі немає якогось уособленого «ворога преси», є лише певні місцеві «медіасрачі», мета яких — поливання брудом окремих особистостей запорізького медіапростору. Яскравий і більш-менш свіжий приклад — кількамісячна епопея з виливанням бруду на «скандаліста і провокатора Богдана Василенка» з боку ЗМІ, що належать знаному запорізькому бізнесмену. Напевно, в цій історії присутній особистий мотив. Цілеспрямованих утисків свободи слова в Запоріжжі я не бачу.

Мариам Аракелян, корреспондент «ТВ-5»:

— Я думаю, врагов как таковых нет. Есть люди, чье мнение авторитетно, важно. И если они не идут навстречу журналистам (отказываются от комментариев, к примеру) — создают проблемы для всех. Бездействие — тоже действие.

Юрий Гудыменко, главный редактор газеты «Мрія»:

— Для мене з міських чиновників — це Сін (мер. — Авт.) та його помічник Рощін. Якщо казати про область як таку, то це Межейко, голова облради. Незважаючи на тотальну корумпованість цієї структури, дістати від нього коментар чи взагалі якусь реакцію малореально.

Якщо ж брати ситуацію в цілому, то головним ворогом запорізької журналістики є, мабуть, частина самих журналістів. Багато з них є непрофесійними й не дуже розумними, що принижує досягнення колег і зводить до мінімуму потенціал та впливовість нашої праці як такої. Яскравий приклад - Богдан Василенко, котрий через скандальну поведінку, на мою думку,  скомпроментував запорізьку журналістику як соціально вагому професію.

Богдан Василенко, главный редактор газеты «Суббота плюс»:

— Враг прессы номер один в Запорожье — это, бесспорно, Евгений Черняк. Для того чтобы в СМИ не появлялась невыгодная для него информация, он публично давит на журналистов, угрожает им судом и потом действительно судится.

Больше всего за последний год досталось от его СМИ мне — за то, что в «Субботе плюс» были указаны связи Евгения Черняка с негативными персонажами Запорожья (кстати, недавно он проиграл последнюю судебную инстанцию по этому делу). Но также случаются нападки и на других публичных людей города. Причем господин Черняк так далеко зашел в своей информационной травле, что секретариат Союза журналистов впервые единогласно осудил действия его холдинга.

Ольга Вакало, ведущая ЗОДТРК «Запоріжжя»:

— Мені важко персоніфікувати відповідь на це запитання. На щастя, цього року сама не стикалася зі спробами з боку когось конкретного завадити чи перешкоджати моїй журналістській діяльності. Тож для мене ворог преси нині — це ворог поворотних сутнісних змін, а отже ворог країни, яка без таких змін приречена. Я думаю, що, на жаль, таких ворогів достатньо, щоби преса не розслаблялася, але зараз вони поховалися й діють латентно.

Дмитрий Смольенко, главный редактор запорожского интернет-издания «Вся власть»:

— Это владельцы СМИ. Потому что, как правило, владельцам СМИ журналистика как таковая неинтересна. Их интересует ее прикладное значение и они, кто мягко, а кто-то и в извращенной форме, используют ее в своих политических или корпоративных интересах.

Что сказали кандидаты

Александр Син, мэр Запорожья:

— Я думаю, що ті журналісти, які назвали мене ворогом, висловлюють своє ставлення до мене, а не навпаки. Я нікого з журналістів не вважаю своїм ворогом, більше того, не ображаюся на них. Але справді є журналісти, які вважають мене своїм ворогом і роблять свої матеріали так, щоб довести свої переконання іншим людям. Що стосується мене, то я намагаюся просто не помічати подібні випади й робити свою справу. У роботі я намагаюся спілкуватися з пресою професійно, тобто як цього вимагає закон — прозоро й відкрито.

Александр Рощин, помощник мэра Запорожья:

— Не думаю, що мене можна вважати ворогом преси: 1. Я не приховую інформації. 2. Я часто погоджуюся на інтерв’ю й коментарі. 3. Я відкритий у спілкуванні. 4. Я ніколи не бив журналістів. 5. Я ніколи не погрожував журналістам. Проте, на жаль, я не бачу чесної, вільної, правдивої преси. На превеликий жаль, журналістам тепер платять не за цікаву інформацію, не за правдиві репортажі й коментарі, а за джинсу й політичний тиск. Тому вони змушені перекручувати факти, подавати викривлену інформацію, брати участь у брудних акціях. Все це призводить до зростання недовіри до преси в цілому й більшості журналістів зокрема. Професійне зубожіння журналістів звелося до банального шулерства й маніпуляцій. Найстрашніше, що це маніпуляція свідомості. Виконувати свої обов’язки журналістам заважають гроші, злидні й залежність від замовника або хазяїна.

Сергей Левченко, пресс-секретарь Запорожского областного управления СБУ:

— Информация, которую мы передали журналистам о том, что участница антимобилизационного митинга — не местный житель, подразумевала не город Запорожье и не Запорожскую область в целом, а конкретное село Каменко-Днепровского района, где проходила акция. Местные жители сказали нам, что девушка в селе не проживает и они ее не знают. Так что искажение информации случилось из-за банального недоразумения. Для нас нет никакой выгоды в том, чтобы намеренно давать ложную информацию.

Александр Волкодав, начальник отдела по связям с общественностью ГУ МВД Украины в Запорожской области:

Я 16 лет занимаю свою должность, а обвинение в том, что МВД мешает журналистам работать, слышу впервые. Сравните, какие еще службы настолько же систематически пополняют сайт отчетами о своей работе. Мы отвечаем на запросы, всегда даем комментарии. Конечно, информация, которую мы передаем журналистам, иногда бывает не совсем точной, но это только потому, что она дается по горячим следам.

Евгений Черняк, бизнесмен:

— Ни с одним журналистом у меня конфликтов не было, нет и не будет. Кроме рэкетиров от журналистики, которые полностью себя дискредитировали размещением заказных статей. Каждый раз всё происходит по одному и тому же сценарию. К нам обращаются с просьбой разместить за деньги в их газете позитивный материал или угрожают написать о нас негатив.

Весь свой бизнес я построил с ноля или купил объекты на вторичном рынке. Ничего и никогда не приватизировал. В политике ни я, ни мои люди ни в каком виде не участвуют, мы занимаемся бизнесом в чистом виде. Никаких скандалов, связанных с нами нет. Никаких уголовных преследований в отношении меня никогда не было. Занимаемся благотворительностью, платим налоги, создаём рабочие места.

Мы отказываем, и тогда в ход идет фантазия. Негатив подобрать трудно, а часто просто невозможно. Поэтому приходится о нас врать, чтобы таким образом вымогать с нас деньги за размещение заказных материалов в своём издании.

Такую псевдожурналистику я не принимаю, и на шантаж поддаваться не буду. Это уже не журналистика, а жульничество. Иметь что-то общее  человеком, который чередой скандалов полностью дискредитировал себя в обществе, или с изданием, в котором на 50% статьи проплачены, я считаю ниже своего достоинства. Поэтому всегда, когда Василенко врёт, я применяю единственный действенный механизм, — иду в суд. Эта мера действует во всех цивилизованных странах. Ранее так поступал и впредь буду поступать именно так. После любого вранья следует встреча в суде. Это долго, требует затрат на адвокатов, отвлекает от основной деятельности, но это честно! Ложь очень сильно меняет нашу жизнь, просто это не сразу заметно. Жизнь всё расставит на свои места. Обязательно.

Если проследить динамику последних событий, связанных с этим человеком, который прошел путь от хорошего редактора хорошего издания, доставшегося ему по наследству от мамы, до провокатора и скандалиста - всё станет понятно. Мне его искренне жаль.

Я дружу с многими уважаемыми в стране журналистами. Я создал за свои деньги фонд помощи пострадавшим журналистам. Искренне их уважаю, уважаю эту профессию за то, что задаёт обществу дискурсы и направления.

Виктор Межейко, глава Запорожской областной рады:

— У меня нет врагов, и другим не советую их заводить. Тем, кто проводит подобные рейтинги, могу только посочувствовать. Интересно было бы узнать, по каким критериям определялась моя враждебность. Ни одному журналисту, обращавшемуся ко мне за комментариями, я не отказал. Правда, запорожские журналисты редко интересуются мнением представителей власти — они предпочитают работать со слухами и выдавать собственное мнение за истину в последней инстанции. Предлагаю провести рейтинг «Главный распространитель слухов среди журналистов».

P.S. От редакции:  После публикации опроса в редакцию «Телекритики» обратились представители Евгения Черняка с просьбой дополнить его комментарии, а также Юрия Гудыменко. «Телекритика» пошла на встречу пожеланию авторов комментариев.

comments powered by Disqus