«Вести. Репортёр»: аргументом по факту

Скрін-шот

Еженедельник «Вести. Репортёр» — феноменальное издание. Он продаётся за символическую — дешевле буханки хлеба высшего сорта и в несколько раз дешевле журналов-конкурентов, — цену, вряд ли способную окупить качественную бумагу и печать. Рекламы в нём тоже не слишком много. Зато немало захватывающих с полуоборота репортажных материалов, толковых туристических очерков о малых городах Украины, культурных анонсов и даже музыкальной критики. Однако, купившись на дешёвую и вкусную приманку, читатель рискует получить тяжёлое отравление теорией заговора и начать искренне сомневаться в перспективах самого государства Украина. Тонкие манипуляции, скрывающиеся за красочным фасадом, направлены на прореживание рядов русскоязычных украинских патриотов и взращивание армии интеллигентных ватников — так называемых адекватников.

Термин «адекватники» впервые ввела в оборот Татьяна Монтян, решившая однажды, что «люди в Украине и вокруг нее поделились на ватников и вышиватников. А есть такие, которым противны и те, и другие. Вот, как мне, например, я не болею ни за одну из команд природных дебилов и недочеловеков. Таким образом, я и есть адекватник. Но, чувствую, сам этот термин уже начинают узурпировать ватники, а быть в стане колорадов нормальные люди откажутся, так что термин не обещает проявить живучесть». Адекватник, в отличие от «ватника» и «вышиватника», способен на аргументированную дискуссию. Вот только используемые аргументы так или иначе сводятся к рём «не»: неизбежности третьего Майдана, неопровержимости доказательств участия Запада во всех украинских бедах и неотвратимости развала государства Украина. И всё это — собственные умозаключения адекватника. А вот пищей для  таких выводов его готов обеспечить «Репортёр».

Начнем с начала — со слова главного редактора. Умница Википедия (а мы возьмем её английский вариант, как независимую третью сторону) расскажет нам о том, что главный редактор — это a publication's editorial leader, having final responsibility for all operations and policies. Толковые словари трактуют это понятие еще проще — the controlling editor of a publication. Иными словами это тот самый человек, который определяет политику издания и задает ему некий общий тон.

Вступительное слово главреда «Репортёра» находится в рубрике «Мнение» и, в общем-то, каждый раз является единственным её материалом. Сами колонки больше напоминают мрачное предисловие к апокалиптическому роману-фэнтези. «Мы почти ни на что не влияем. И все же власть упорно пытается задорого втюхать миру победу над Путиным. Это фьючерсная сделка, в которой условия поставки товара и надежность поставщика — под большим вопросом. Впереди — новая смена элит», — замогильным «голосом» футбольного комментатора, наблюдающего полный разгром своей сборной, сообщает нам главред «Репортера» Глеб Простаков в № 6 (20–26 февраля 2015 года).

У него вообще много претензий к нынешней украинской власти: «Прошлая неделя наглядно показала: власть не намерена системно бороться с коррупцией, ограничившись заменой "плохих полицейских" на "хороших", косметическими изменениями в законодательстве и пиаром в виде резонансных дел в отношении известных политиков и чиновников» (№ 14, 17–23 апреля 2015 года). Впрочем, какие именно события предыдущей недели натолкнули его на эту мысль, не уточняется. Но есть и кое-что «приятное»: «Власть может смело списать унизительный для Украины результат на предшественников» (№ 3, 30 января — 5 февраля 2015 года). В том же номере, кстати, мы узнаем о том, что «наша страна стала площадкой для выяснения отношений России и Запада», а также что «сочувствие Запада сменяется раздражением, а раздражение — новой стратегией: нас уже не мотивируют, нами управляют. Прямо сейчас в министерствах и ведомствах вводятся надзирающие за ними структуры, имеющие исключительно западное финансирование». Наименования министерств и ведомств остаются за кадром, но зато конкретно указывается, какого толка структуры будут за ними надзирать: «Имплантаты в виде структур удаленного доступа, интегрированных в самое тело украинской власти, структур, финансируемых Соросом и другими представителями Бильдербергского клуба…» (какие именно структуры, каковы их функции — разумеется, не сообщается).

Культивация теории заговора и идеи незримого, но 100 %-го присутствия «руки Запада» в Украине — один из любимых приемов еженедельника. Яркий пример — статья «5 итогов шестидневной войны», посвященная апрельскому скандалу вокруг «Укрнафты» (№ 12, 3–9 апреля 2015 года): «Информация, обнародованная Сергеем Лещенко,показывает степень влияния американцев на украинскую политику, о которой и ранее было, в общем-то, известно, но четких доказательств тому не имелось. Еще, по словам того же Лещенко, именно после звонка из-за океана руководство страны решилось провести через Раду закон об "Укрнафте". То есть Вашингтон, фактически, играет роль арбитра в решении спорных вопросов украинских власти и "визирует" важнейшие решения (или даже побуждает к их принятию)».

Возвращаясь к теме власти, обратим внимание на статью «До и после Майдана: 8 отличий» (№ 6, 20–26 февраля 2015 года), посвященную сравнительному анализу власти нынешней и предыдущей: «Несмотря на много раз произнесенные эпитеты о "диктатуре" и "авторитарном режиме", власть Виктора Януковича была слабее нынешней». При этом не упоминается тот неудобный момент, что при господине Януковиче в Украине существовала президентско-парламентская, а не парламентско-президентская форма правления, тройка премьер-министр, спикер парламента и президент работала, как идеальный швейцарский механизм, пропрезидентская партия имела в парламенте абсолютное большинство, а губернаторами и начальниками наиболее «золотоносных» областных управлений налоговой службы назначались исключительно выходцы из донецкого региона. В главе «Социальная политика» читаем: «Она (власть) уменьшила зарплаты большинства госслужащих и социальные выплаты из госбюджета, одновременно заморозив пенсии. Все это, конечно, происходит не из-за врожденной бессердечности пришедших после Майдана вождей, но является следствием той внешнеполитической (ориентация на Запад и МФВ) и внутриполитической линии (война), которую вынужденно или добровольно выбрала власть». И снова тлетворное влияние Запада!

Нередко авторы материалов манипулируют с помощью риторических вопросов, например: «А теперь ты мне скажи: те, кто с помощью этих пропусков разделяют страну, не сепаратисты ли они?» (из комментария жителя Артемовска Андрея для статьи «Время П», № 3, 30 января — 5 февраля 2015 года). Задать этот вопрос стоило бы тем, кто отвечает за безопасность контролируемых Украиной территорий от проникновения боевиков. Впрочем, общения с представителями власти «Вести. Репортёр» избегает, предпочитая ограничиваться «народными» мнениями.

18 мая в Украине — день памяти депортации крымских татар. Еще в марте «Вести. Репортер» посвятили большой материал крымскотатарским переселенцам («Кто я? Я — полудепортированный. Обрели ли вторую родину крымские татары, уехавшие после аннексии во Львов», № 10, 20–26 марта 2015 года). Краткая суть его может быть сведена всего к трем цитатам: «Був же ото Великдень минулого року... Аж глядь, а вони свої лахи вивісили, прання затіяли. Ну, я розумію, що вони мусульмани й їм то не свято. Але ж раз приїхали до нас жить, то й наші закони поважайте» (жительница поселка Борыня о новых соседях), «Мы живем здесь по своему закону» (татарин Абдурахман в ответ на вопрос о том, боятся ли они утратить национальную идентичность), «Вам есть за что сказать спасибо Украине? (вопрос автора Руслану Аблямитову, вынужденному переселенцу, владельцу кафе «Крым» во Львове) Он натянуто улыбается». Впрочем, историям успеха тоже нашлось место: «Однажды в маршрутке кто-то из наших увидел наклейку, на которой был изображен свирепый профиль мусульманина на фоне черных минаретов. На ней было написано, что ислам чужд Львову и всех нас нужно гнать отсюда в шею. Это единственный случай непримиримости к мусульманам и крымским татарам, который был здесь со мной и моими знакомыми здесь за этот год…» (Энвер Бекиров, координатор общественного движения «Кримська хвиля»), «Руслан [Аблямитов, владелец кафе «Крым» во Львове] из тех переселенцев, которым удалось стать примером для подражания. Уютное кафе, позитивные отзывы клиентов». Но параллельно с этим активное использование антитез вроде: «Ми прижились здесь. Но все равно не в своей тарелке. Не наше это… И об этом нам все время напоминают. Домой хочется. Родину ничто не заменит. Но если Крым не станет украинским, назад дороги нет» (Диляра, вынужденная переселенка, ныне проживающая в Борыне) и приглашение к размышлению в постскриптуме статьи: «Можно ли обрести вторую родину, если первая была землей обетованной для твоих предков? Примет ли Львов, город истово верующих христиан, таких же искренних последователей иной веры?» (Маргарита Чимирис, автор статьи).

В современном мире сложно сохранить анонимность, но не источникам «Репортера». Практически в каждом номере можно наткнуться на следующие фразы: «…сказал Репортеру один из московских политтехнологов», «…Репортеру удалось переговорить с одним из российских политических экспертов», «…источники Репортера в околокремлевских кругах/ в кругах ДНР, ЛНР…» и т. д. Коронная фраза: «…сообщил Репортеру N. на условиях анонимности». Встречается и такое: «Нам из Москвы поступил четкий сигнал, что крымского сценария для Донбасса не будет, к России его присоединять никто не будет, а потому не было никакого смысла в этих акциях, — поясняет позицию ПР и донецкой элиты один из тогдашних руководителей донецких регионалов» (статья «История донецкой бойни», № 14, 17–23 апреля 2015 года). Но имя регионала, видимо, слишком известно, чтобы его называть. Естественно, обязанность журналиста — беречь инкогнито своего источника, если у него есть серьёзные основания опасаться за свою безопасность. Но статья, в которой восемьдесят процентов комментариев принадлежат безымянным персонажам — это уж чересчур.

С особым рвением «Вести. Репортёр» рассказывают о злоупотреблениях украинских военных и добровольцев, воюющих на Донбассе. Например, бойцы батальона «Донбасс», по словам жителя Лисичанска Родиона, «не брезговали красть даже продукты и спиртное из холодильников» (статья «История раскола одного батальона. Конфликт в Донбассе как зеркало добровольческого движения в Украине», № 3, 30 января — 5 февраля 2015 года). Из анонимного свидетельства журналист уверенно делает вывод: «Дисциплина — слабое место почти всех добровольческих батальонов. Проблемы с соблюдением субординации и пунктов воинских правил и уставов стали хронической болезнью батальона Донбасс, причем сразу». Дальше лучше: «В любом населенном пункте, занятом батальоном, власть по факту полностью переходит к Донбассу. Комбат Семен Семенченко становится некоронованным правителем города или поселка, а бойцы — полновластными вершителями судеб местных жителей, полностью замещая всех правоохранителей». Всё это, естественно, из лучших побуждений — ради борьбы с беспределом в рядах защитников Родины. Но почему тогда столь безапелляционны, изобилующие штампами, эти «обвинительные заключения» от «Вестей»? Чтобы подпитывать ненависть и недоверие к добровольцам не только на оккупированных, но и на свободных территориях Донецкой и Луганской области?

Разумеется, в отличие от любителей телесериалов, умная читающая публика, полистав «Репортёр», не побежит призывать Путина ввести войска. Но если разумному человеку из номера в номер намекать, что и власть не та, и война напрасна, и движемся мы все по дороге в ад, рано или поздно зёрна сомнения прорастут. А сомнения, по словам классика, есть первый подступ к разуму.

comments powered by Disqus