Как в Швеции готовят школьников к жизни в эпоху «постправды»

Ларс-Эрик Халь, фото Катерины Толокольниковой

In English

«Мы не можем заниматься пропагандой, ни в какой мере. Наша задача — показывать предметы с разных сторон. Мы можем высказывать своё мнение, но нельзя давить на учеников», — говорит Ларс-Эрик Халь, учитель младших классов одной из шведских школ.

Швеция — страна, которая регулярно занимает первые строчки в индексах развития и рейтингах самых благополучных государств. Безусловно, интересно, каким образом устроена система образования в столь успешной стране и какие ценности лежат в её основе.

Мне удалось углубиться в эту тему во время Школы медиаграмотности, которую в марте организовал медиаинститут Fojo. Вместе с ещё 24 участниками мы познакомились со школьными учителями, побывали в гимназии и поговорили со студентами. Основная цель была — увидеть, как интегрировано критическое мышление и цифровые технологии в образование. Интересуясь медийными темами, мы убедились, что главную роль в школах играет внимание к психологическому состоянию учеников, доверие между учителями и школьниками, уважение к индивидуальности и мнению ребёнка.

Как устроено школьное образование

Всё начинается с дошкольного образования (швед. — Förskola) в возрасте 1–5 лет. Далее в 6 лет  следует так называемый нулевой класс (Förskoleklass): если раньше родители могли выбирать, стоит ли ребёнку учиться в нём, то с 2018 года нулевой класс становится обязательным. С 7 до 16 лет — обычная школа (Grundskola), с 16 до 19 лет — гимназия (Gymnasieskola). В гимназии можно обучаться по одному из 18 направлений: двенадцать из них — профессионально-технические, шесть — теоретические, которые готовят к поступлению в университет. На некоторые особо популярные направления поступить сложно.

Гимназия города Оскарсхамн. Часть помещений — мастерские, на которых гимназистов технических специальностей обучают автомеханике, слесарному делу, сварке и так далее.

В Швеции есть и частные школы, и муниципальные. В муниципальных — основное обучение бесплатное, но за дополнительные опции нужно доплачивать (например, группа продленного дня), однако доплата дифференцирована в зависимости от дохода родителей.

Школы руководствуются законом об образовании, также есть общешкольные правила — их составляет ученический совет и родители, утверждает правила директор. Для каждого класса есть и свои специфические правила, которые составляют ученики.

До шестого класса в школах оценки как таковые не используют: учитель ставит на работы цветные обозначения (зелёный — отлично, салатовый — хорошо, желтый — нужно улучшить). В старших классах работает система оценки A, B,С,D, E, F.

Доверительные отношения

Ларс-Эрик Халь — сейчас пенсионер, а по совместительству — учитель младших классов. По собственному выражению, на 20 % он педагог, на 80 % — пенсионер. Он преподает в школе города Несшё (Nässjö), где проживает 30 тыс. жителей. Ларс рассказал о своём опыте работы в разных школах Швеции: преимущественно он занимал должности IT-педагога, классного руководителя, «специального педагога» (для обучения детей с особенными потребностями).

Ларс-Эрик Халь, бывший консультант учебного сайта «Медиакомпасс», в настоящее время учитель младших классов.

Он рассказал, что иногда ему приходилось преподавать предметы, далекие от собственной специализации: например, музыку или искусство. «Если доходило до музыки, я в основном ставил аудиозаписи ученикам и просил их угадать, что это за композиция», — смеется Ларс. Он пояснил, что для Grundskola — нередкое явление, когда классный руководитель заменяет других учителей: «Очень важны хорошие отношения с учениками и дружественная среда. Поскольку главное не то, что мы рассказываем на уроке, а то, что ученики воспринимают и насколько хорошо. А восприятие будет самым комфортным и эффективным, если сказанное исходит от человека, которого знаешь и которому доверяешь».

Физический и психологический комфорт школьников обеспечивают разными путями. Есть «команда по здоровью» (она одна на несколько школ), куда входит школьный врач, медсестра, куратор, логопед, психолог. Раз в неделю эта группа собирается на общей встрече с директором. В каждой школе есть специальный педагог, который уделяет внимание детям с особенными потребностями.

Кроме того, есть и «команда по обеспечению справедливого отношения к каждому ученику». В неё входят как педагоги, так и по одному ученику с каждого класса (кроме самых младших). Задача этой команды — вовремя заметить, если у кого-то из детей какие-то проблемы — часто плохое настроение, нежелание общаться, натянутые отношения с одноклассниками. Ученики из «группы поддержки» проходят специальное обучение с психологом. «К ним у остальных детей очень уважительное отношение — многие высказывают желание выполнять такую роль», — отвечает Ларс на вопрос о том, нет ли предубеждения среди детей касательно «учеников-психологов».

Цифровые технологии в школе

«В нашей школе у каждого ученика — собственный планшет, в который уже заложены некоторые учебные программы. Постепенно, в течении трёх лет, к такой системе должна прийти вся школьная система Швеции», — пояснил Ларс.

Использование цифровых технологий в образовании — актуальная и уже привычная тема в наши дни. В шведской школе было интересно узнать не только о материальном обеспечении, но и о содержательном наполнении диджитализации. Планшеты и смартборды в каждом классе — это ожидаемо, но гораздо важнее, что диджитал здесь выступает не просто ещё одним средством: новый цифровой подход закреплен в учебных планах.

С 1 июля 2018 года вступит в силу обновление к закону об образовании — оно определяет, чему конкретно нужно обучать в сфере «диджитал» по каждому школьному предмету. При этом программирование будет обязательным элементом таких предметов как математика и техника. «Здесь очевидна проблема, что учителя в сфере программирования знают меньше, чем ученики. Но важно не стесняться получать помощь и спрашивать у детей», — говорит Ларс. Кроме того, Школьное управление Швеции создало обучающий портал по диджитализации для учителей — на нем можно найти материалы, как цифровые навыки и работу с медиа можно интегрировать в разные предметы и зачем это вообще делать.

Ларс рассказал, что в школе используется очень много цифровых инструментов. Кроме уже упомянутых, это аудиоверсии текстов для всех учебников, Office 365, Power Point, видеоролики педагогического характера, обратная связь с учениками с помощью приложения Traffic light (суть приложения в том, что ученики в конце или во время урока могут отправить «сигнал» учителю, насколько им понятна тема).

Более сложное использование технологии:

  • реализация концепции «писать, чтобы читать» (ученики работают с компьютером, слушают текст в наушниках и печатают его);
  • «перевернутый класс» (учитель дает материал для самостоятельного изучения дома, а на уроке происходит практическое закрепление материала, при этом активно используются аудио- и видеоформаты);
  • метод совместного письма (группа учеников работает совместно — каждый, например, пишет вводную часть к рассказу, далее эти фрагменты поочередно выводят на общий экран, обсуждают вместе, затем снова возвращаются к своей работе, иногда внося правки в тексты).

Ларс поясняет, что техническое обеспечение действительно дорогое и местные власти не всегда охотно финансируют его: «Главный аргумент с нашей стороны — что мы более эффективно достигаем образовательных целей при помощи диджитализации. Мы приглашаем учеников на встречи с политиками, которые принимают решения, чтобы они рассказали, почему для них важны цифровые технологии».

«Но нужно помнить, что диджитал-инструменты не приуменьшают роли учителя, — добавляет он. — Он должен быть одинаково активен и включен в процесс, независимо от количества технологий».

Медиаграмотность на уроках

«В Швеции задача учителя — научить ученика работать с медиа и критически анализировать информацию. Мы часто говорим о компенсирующей миссии школы, потому что все дети, независимо от социальной среды, от своего окружения, должны получить одинаково качественное и эффективное образование в области медиа», — считает Ангелин Скепнер, учительница шведского и английского языков в гимназии.

Эти слова представляют центральную идею, вокруг которой построена система медиаобразования. В разных школах может быть своя специфика, но критический анализ медиа — сайтов, соцсетей, телевидения — встроен в разные предметы. Отдельная деятельность — это медиапроизводство.

Ангелин рассказала, что английский и шведский языки — одни из самых удобных предметов для включения работы с медиа. Так, занятие часто начинается с обсуждения мировых новостей. «На английском мы говорим о политике время от времени. Например, о Дональде Трампе наши ученики достаточно много знают, а также о его отношении к медиа, о фейках и “постправде”», — говорит Ангелин.

Ангелин Скепнер, учительница шведского и английского языков в гимназии города Оскарсхамна: «Если мы хотим быть активными гражданами, вовлеченными в образовательный процесс, мы должны критически мыслить».

После теракта в Стокгольме 7 апреля 2017 года Ангелин предложила ученикам посмотреть, как освещали эти события шведские и мировые СМИ. Ученики обсуждали заголовки, а также иллюстрации материалов, какие фотографии использовались — так, они пришли к выводу, что мировые СМИ показывали больше крупных планов и деталей с места происшествия, чем шведские СМИ. Кроме того, с учениками обсуждали вопросы этики — что уместно, а что нет. Используя материалы шведского фактчекингового проекта Viralgranskaren (мы публиковали интервью с его редактором), ученики увидели, что журналисты совершили ошибку в освещении — преждевременно назвали подозреваемого убийцей (он им и не являлся, как потом оказалось).

«Во время обсуждения мне нужно было вести себя осторожно, поскольку ученики в классе лично знали людей, ставших свидетелями теракта», — сказала Ангелин.

Ларс-Эрик Халь рассказывает, что за годы работы учителем он часто обращался к медиа, дабы объяснить сложные вопросы, связанные с правом, общественными науками. Например, он просил учеников найти заметки и материалы на тему прав женщин, криминальной обстановки города — потом все вместе их рассматривали и анализировали. Сейчас с газетами и журналами ученики работают реже.

«Когда были Олимпийские игры в Сочи, на уроке географии я предложил школьникам исследовать место проведения игр с помощью онлайн-инструментов. Они нашли этот город в Google Maps, далее с помощью веб-камер осмотрели, как оно выглядит. Я им также принес журнал со статьей об играх, заголовок был “Игра, у которой два лица” — и предложил ученикам подумать, почему статья может называться именно так», — рассказывает Ларс.

Медиадень и роль библиотек

В каждой школе раз в году проводится так называемый Медиадень, который посвящен обсуждению вопросов медиаграмотности. В такой день в школах появляется особенный гость — Ёран Андрессон, куратор нашей школы FOJO; сейчас Ёран на пенсии, а в прошлом он 20 лет проработал директором школы и 12 лет был медиапедагогом проекта «Медиакомпасс».

Ёран Андрессон в медиаинституте FOJO

«В медиадень мы собираем учеников, в основном 8-9 классов, человек триста, — рассказывает Ёран. — Перед ними, как правило, выступаю я, также представитель местной газетной редакции и Ула Сигвардссон, наш пресс-омбудсмен. Мы рассказываем о разных аспектах медиа. В целом я за медиадни встречаюсь с несколькими тысячами учеников. А накануне контактирую с учителями, мы готовим задания, чтобы ученики до этого дня выполнили их».

В гимназиях есть предметы, посвященные только медиапроизводству, когда ученики примеряют на себя роль журналистов — учатся писать тексты, снимать видео, готовят видеопередачи и обрабатывают фотографии. Есть в гимназии и предметы, которые посвящены изучению медиа в целом. Например, на предмете «Общество и коммуникации» рассматривается роль медиа в общественной жизни и поддержании демократии — как в Швеции, так и на международном уроне, также идет речь о том, как построена работа в новостных редакциях.

Фото из аудитории гимназии, где проходят занятия по медиапроизводству.

Важный компонент медиаобразования — библиотеки. В Швеции эти учреждения ценятся — согласно норме 2011 года, каждая школа обязательно должна иметь свою библиотеку с библиотекарем (исключение лишь в том случае, если в непосредственной близости от школы есть городская библиотека).

«Когда мы работаем с классами, мы концентрируемся на навыках чтения, критики источника информации и поиска информации. Это важный навык не только для школьной работы, но и в целом по жизни, — рассказывает местная сотрудница библиотеки. — Изучая социальные науки, студенты должны получить возможность развить в себе способность искать, критически оценивать и интерпретировать информацию из разных источников, а также оценивать релевантность и надежность этих источников. Мы стараемся научить учеников, как не оказаться на стадии фрустрации и запутанности во время работы над проектом, когда они ищут информацию по определенной теме и её оказывается слишком много».

 

***

Конечно, во многих аспектах украинской школе догнать шведскую невозможно, в том числе в сфере медиаграмотности. Там — совсем другая традиция без советской истории. И, очевидно, в разы выше уровень материального обеспечения. Но с другой стороны, радует, что в последнее время у большого количества украинских учителей есть понимание важности критического мышления и готовность погрузиться в тему медиа. Хоть это и очень непростая сфера, как верно отметила Ангелин: «Перед нами стоит задача подготовить наших детей к будущему, которое мы не можем предсказать». На мой взгляд, если говорить о преподавании медиаграмотности (да и в целом о новом образовании), в первую очередь нужно развивать уважительный подход к ученику и партнерские отношения на уроках. Когда учитель не сообщает единственно правильный вариант ответа (это как раз противоречит критическому мышлению), а учит детей ставить вопросыи искренне готов воспринимать их мнение.

Фото Катерины Толокольниковой и Марины Дорош

comments powered by Disqus