Общественное мнение на юго-востоке: лёд тронулся

Фото: moldovanews.md

Все «прелести» гибридной войны можно ощутить, проживая в юго-восточном регионе Украины: будь то на оккупированной или на прифронтовой территории, еще острее — в так называемой буферной зоне. На фоне военных действий, отдаленных взрывов различных видов оружия, в том числе и запрещенного, которые временами утихают и возобновляются, циркулируют и информационные сообщения.

По моим наблюдениям, в Мариуполе общественное мнение начинает плавно меняться, риторика резких и контрастных высказываний также сглаживается. Информационная обстановка становится все более проукраинской, но зачастую под влиянием нынешней экономико-политической ситуации споры возобновляются.

Как меняется риторика общественного мнения на юго-востоке

В Мариуполе раньше чувствовался этот конфликт мнений: кто выступал против европейского вектора, а кто — против российского. Само слово «украинский», «про-» или «анти-», встречалось крайне редко.

В недавно проведенном исследовании многонационального Приазовья сказано про «неформальную региональную идентичность» населения (исследование проводилось в рамках Украинской миротворческой школы, которая действует в приграничных регионах Украины). Что касается политических взглядов и убеждений, большинство людей стоит на  проукраинских позициях. При этом около 15–20 % симпатизируют пророссийской оппозиции к украинской власти, а также в эту цифру входят те, кто «не может четко сформулировать свою позицию или определяется по ситуации, то есть может быть легкодоступным объектом любой пропаганды».

Как пишет Георгий Почепцов, гибридная война на фоне военных действий проявляется в информационной, смысловой, экономической, репутационной войнах: «Гибридная война стала достижением нового времени именно потому, что много нужных для нее задач можно выполнить за счет информационного компонента. Чем сильнее становится развитие информационного компонента, тем легче будет выполнение этих задач».

Так вот для реализации определенных информационных операций максимально используются слухи. Но если год назад распространялись «страшилки», часто приближающиеся к абсурду мифы и прочая информация, способная накалить панику и вызвать страх, то сейчас все чаще всплывает «нужная» интерпретация реальных фактов. Естественно, основная среда популяризации такого рода  информации — это рынки и заводы, крупные предприятия в Мариуполе. Ну и социальные сети. Большинство моих «пророссийских» знакомых и людей, с которыми общалась, скептически относятся к Украине. Во многом играет роль экономическая составляющая (рост цен, снижение количества рабочих часов, а значит и зарплаты, страх перед сокращениями на работе и прочее). К тому же накаляет обстановку и политическая тематика, к примеру, заголовки многих изданий пестрят словосочетанием «развал коалиции» (напр., тут, тут и тут), хотя  на самом деле коалиция существует.

Тема коррупции в Украине активно используется различными пропагандистами. Если провести мониторинг новостных лент так называемых республик, то большинство из них будут являться интерпретациями событий, фактов, явлений, взятых из украинской действительности, и ссылки подаются на украинские СМИ в качестве убедительности. Однако мнение пророссийских симпатиков начинает меняться, потому что (из услышанного) «коррупционеры разворовывают наши украинские земли». Да и публичные люди в регионе стали все больше говорить об украинском векторе. Вхождение в речь словосочетания «наши украинские» подтверждает изменение риторики в обществе на юго-востоке страны. Тут же активизировались представители «Оппозиционного блока» в СМИ и соцсетях.

О слухах не спорят

Временами всплывают уже избитые слухи-страшилки, в основном про «отжатие» автомобилей, имущества, крупные взятки. Они «разгораются» и «гаснут» примерно как и звуки взрывов за городом. Периодически. Тут срабатывают манипулятивные методы, о которых писал Сергей Кара-Мурза. Он говорил в этом контексте о денотации и коннотации: под денотацией понимают диапазон смыслов слова, причем нужное значение подбирается для какого-либо факта, события, явления; а коннотация вызывает ассоциации от того или иного слова. Поэтому зачастую героями таких страшилок становятся украинские военные и представители полиции.

При работе с массовым сознанием, по мнению французского психолога Сержа Московичи, особое внимание стоит уделить утверждению и повторению: «Утверждение в любой речи означает отказ от обсуждения, поскольку власть человека или идеи, которая может подвергаться обсуждению, теряет всякое правдоподобие. Это означает также просьбу к аудитории, к толпе принять идею без обсуждения такой, какая она есть, без взвешивания всех "за" и "против" и отвечать "да" не раздумывая». К сожалению, пока это срабатывает, хотя множество общественных организаций и занимается медиаобразованием, развитием критического мышления населения (ведь их реальная аудитория мала). Немецкий социолог Ханна Арендт изучала пропаганду в странах с тоталитарными режимами и считала, что «повторение важно лишь потому, что убеждает массу в связности во времени». Возможно, именно систематическое повторение нужных месседжей приведет к стабильной позиции общественности в регионе.

Слухи любят неизвестность. Жить в 20 километрах от военных действий, наблюдать вспышки от взрывов, слышать разрыв снарядов и при этом не знать, что происходит, — это всё подталкивает верить первой услышанной информации. Тут, безусловно, подключаются соцсети, которые быстро распространяют слухи. Они, в свою очередь, захватывают территории, не освещенные СМИ. Что мы знаем о буферной зоне? Какой журналист / блогер акцентировал внимание на жителях тех районов? Вот там-то и порождаются различные страшные, жестокие истории с образом врага. А реальные истории о том, как люди, в основном старики, выживают без отопления и газа, можно услышать в личных беседах от родственников жителей в буферной зоне или волонтеров. Британский медиаэксперт Марек Бекерман акцентирует внимание на том, что журналисту следует писать о людях просто и доступно: «Если вы пишите о переселенцах, то нужно искать уникальность каждой истории». К сожалению, замалчивание реальных и действительно уникальных историй приводит только к усилению неправдивой информации, в частности, слухов.

Мариуполис и Мир

Чтобы противостоять информационным атакам и убедительным, подчас абсурдным  слухам, нужно, по мнению медиаэкспертов, развивать критическое мышление у населения и формировать картину мира. Как считает Георгий Почепцов: «У человека должна быть своя картина мира, которая будет «откидывать» чужие сообщения, тогда никакая цензура не нужна. Эта картина мира создается школой, СМИ, литературой и культурой. Например, советская картина мира продолжает жить во многих из нас, потому что своей собственной мы не занимались». Художественная коммуникация (кино, сериалы, театр) создает видение мира у своей аудитории.

Мариуполь в свое время прославился с помощью советского кинематографа («Маленькая Вера», «По собственному желанию», «На окраине, где-то в городе»). А в этом году на Берлинском кинофестивале прошла премьера документального фильма «Мариуполис» литовского режиссера Мантаса Кведаравичюса: «Мариуполь — именно то место, где нужно снимать кино. Если же оперировать категориями художественного и нехудожественного, то главное в произведении, конечно — это содержание, которое, на мой взгляд, должно быть чувственным, чтобы перекрывать расстояние между образом и тем, что мы называем реальностью». По словам главной героини Альбины Львутиной (к слову, тележурналистки), съемки жизни обычных граждан проводились в Мариуполе, Широкино, Сартане.

Лёд тронулся. Общественное мнение отображает умение людей объединяться. В социуме постепенно вырабатывается иммунитет против вражеских информационных вирусов и операций. Остается лишь поддерживать иммунитет здорового общества полезными, сбалансированными, профессиональными журналистскими материалами.

comments powered by Disqus